[indent]У Руи недаром такое имя, ведь он — тот человек, у которого в крови заложено превращать жизнь тех, кто с ним в руины. Рушить, подрывать и уничтожать. Сегодня очередной господин-толстосум ака кит, которого парень сопровождал днём на встрече, решил, что они пара и позволил себе лишнего. Нет, не начал приставать к танцору [иначе остался бы без всех своих конечностей], а просто предложил Руи встречаться.

[indent]Вроде бы, ничего такого, правда?!

[indent]Просто …

[indent]Чэнь не встречается с клиентами, даже с такими красивыми и богатыми, особенно с такими. Ведь они привыкли, что всё можно купить за их собственные деньги. Как и этот дядя захотел заполучить расположение Руи, начиная свой торг и думая, что ему всё можно и что всё можно купить, и отношения тоже. Чэнь громко посмеялся над ним, театрально запрокинув голову назад от такой обыденной шутки. Руи нельзя купить. Он, конечно, выглядит порой как кукла из элитного магазина, но парень из той категории товаров, которые бесценны.

[indent]Днём танцор время от времени подрабатывает в лёгком эскорте ради денег, и, казалось бы, почему не согласиться и подзаработать как можно больше вон, перейдя ещё и на дополнительный, ночной заработок? Но у Руи принцип — он как Джулия Робертс из фильма «Красотка», только не всем даёт, а лишь избранному, который бы не деньги предлагал, а начал ухаживать красиво, купил съедобное колье из конфет, преподнеся его в бархатной коробке, сводил на оперу через запасной вход, предпочитая ложу оркестровой яме, взобрался бы при помощи подъемника на нужный этаж со скрипкой в руках. Руи нужен такой мужчина рядом, романтично-безбашенный. Ему в отношениях нужна любовь, а не его деньги. Поэтому Чэнь так долго работает в эскорте. Хотя, это не работа, а подработка, скорее. Он просто оказывает дневные услуги взрослым мужчинам, сопровождая их на деловые встречи, форумы, курсы, совещания, сидя рядом в аккуратном деловом костюме, попивая джус и порой перебирая бумажки для вида. Что-то вроде секретаря или личного помощника, только вместо оклада — почасовая оплата. Потому что каждому уважающему себя мужчине необходимы деньги на ноготочки и другие приблуды.

[indent]Но настоящая жизнь Руи начинается вечером. Когда он перестаёт играть и раскрывается с другой стороны. Своей. Настоящей. Вот и сейчас, собираясь на выступление, танцор стоит перед зеркалом, поправляя свой чёрный маллет, приглаживая каждую прядь, убирая некоторые за уши, чтобы надеть белокурый парик с чёлкой и длинным хвостом. На перевоплощение уходит порядка трёх с половиной часов, потому что Руи нужно не только спрятать свои родные волосы, но ещё и одеться, накраситься, забежать в кофейню, чтобы набраться сил перед выматывающей программой, на которую необходима энергия.

[indent]Как только образ готов, Чэнь выпархивает из дома, оставляя свою скромную личность и шлейф очень сладких духов из коллекции Арианы Гранде «God is a woman». Высокие каблуки его лакированных туфель врезаются в асфальт с той уверенной поспешностью, которая вооще-то бывает только у женщин, знающих: здесь всё принадлежит им. Но Руи — мужчина, и он лучше всяких там фрау знает себе цену. Перецокивание друг с дружкой продолжается, танцор торопливо бежит, сохраняя при этом осанку и привлекая внимание окружающих своим внешним образом. Он немного опаздывает, но не может отказать в себе в том, чтобы порой остановиться, словить восхищенные взгляды, в которых меж тем застыл интерес и весьма объяснимо по какой причине. По танцору не сразу можно выяснить, что он — мужчина, потому что обычно одет тот и ярко накрашен как уважающая себя ухоженная, современная девушка. Сегодня, например, на нём узкие светло-голубые джинсы с блёстками, остроносые ярко-красные туфли; бёдра воздушным облаком обволакивает зефирная пачка, а на торсе – бархатистый, обтягивающий кроп-топ. Джинсовку в тон штанам, Руи сжимает двумя пальцами, небрежно набросив её на одно из своих голых плеч. И хоть ему слегка холодно, но Чэнь не может не похвастаться своим новым парфюмированным лосьоном с мерцающими частичками, чувствуя себя Эдвардом Калленом, вышедшим на солнце, не меньше.

[indent]Руи видит группу парней, которые идут ему навстречу, не обращая на него внимания и хочет пошутить над ними. Танцор подкрадывается к ним, оглушительно выдавая что-то наподобие «кар!», тут же отбегая в сторону и застывая на месте в одной из модельных поз. Чэнь следит за трендами и сейчас такой байфл очень моден, особенно, если наложить поверх видео подобного плана песню Мэрайи Кэри «obsessed with me». Группа парней остаются сзади с удивленными и поражёнными лицами, смотря ему в след.

[indent]— Да-да, котики-компотики, я вырядилась как шлёндра, спасибо-спасибо, — Чэнь, оживая, продолжает свой путь к кафе, под смеющиеся улюлюкания и крики «девушка, можно с вами познакомиться?» очухавшихся после его шутки молодых людей. В другой бы ситуации Руи продолжил с ними игру и дальше притворился бы той самой «девушкой», но не сегодня. Сегодня Чэнь спешит.

[indent]Появляясь в кафетерии, Руи делает свой стандартный заказ — кофе, чёрный, американо, без молока, сахара и сиропа, без всего. Пока танцор ждёт свой заказ, ему приходит уведомление от его босса, Пака Сонхва. Он сообщает, что сегодня танцевальная труппа начнет выступление на час позже, так что у Чэнь есть время, чтобы немного расслабиться и выпить спокойно свой кофе. Получив свой напиток, Руи занимает столик у окошка, решив немного посидеть и передохнуть от собственной беготни. Танцор закидывает ноги, прямо в туфлях на баснословно-высоких каблуках, на стоящий рядом стул. Он хоть и не сильно устал, но перебежки подобного вида хочешь-не хочешь, а слегка выматывают. Так что Чэнь пользуется счастливой возможностью отдохнуть хотя бы несколько минут.

[indent]Послеполуденное солнце пробивается сквозь окна кофейни, освещая клубы пара, поднимающиеся от чашки в его руках. Руи, окутанный мягким светом, медленно вращает чашку, любуясь янтарным оттенком напитка и своим новеньким длинным, заострённым на концах в миндаль маникюром с самыми разнообразными, кричащими микродеталями. Аромат свежесваренного кофе приятно щекочет ноздри, обещая бодрость и душевное тепло. Чэнь делает небольшой глоток, наслаждаясь насыщенным вкусом, и в этот момент, отвлекаясь на мелькнувшую за окном парочку, поворачивает голову. По ним сразу видно, что они родственные души друг для друга. Руи достаточно часто слышал о понятии «соул», но, если честно, даже не может и предположить, кто бы подошёл такому, как он. Странному любителю перевоплощений. Хотя Чэнь не считает себя странным. Он просто … такой, как есть?!

[indent]Руи шумно вздыхает, достаёт из своей сумочки чёрный карандаш для глаз и начинает рисовать прямо на салфетке кошачьи бубенцы. Так он борется со стрессом и накатившей внезапно душевной тоской. Вычерчивая старательно полукруглые линии, танцор поначалу не понимает, что происходит. Только улавливает боковым зрением какое-то резкое перемещение. Чэнь ухитряется заметить бегущего на него парня, причём так стремительно, словно за ним кто-то гонится. Он не успевает убрать ступни и среагировать, как бегун спотыкается о преграду — стул с его ногами на нём, но Руи успевает перехватить парня, чтобы тот избежал падения на пол, ловко убирая свои длиннющие цирлы, усаживая молодого человека на собственные коленки. Столкновение между ними несильное, но достаточное, чтобы Чэнь задел собственную чашку кофе, которая тут же выплескивается из его рук. Горячая жидкость обжигает кожу, проливаясь на одежду Руи, оставляя тёмные пятна.

[indent]— Gàn tā niáng!, — гаркает танцор и секунду ошеломленно хлопает глазами, чувствуя, как тепло разливается по плечам и груди, пропитывая ткань нежно-белого кроп-топа, а парень, сидящий теперь на нём, меж тем его внимательно разглядывает.

[indent]— Эй ты, кочерыжка, cāo, — гневно впивается своим живописно-накрашенным взором с крышесносными ресницами Руи, переходя на корейский и окидывая свысока рухнувшего на него виновника сей катастрофы, — я тут кошачьи бубенцы вообще-то рисую, а теперь они, сука, блядь, разные, видишь!, — тычет поломанной [ну, класс, ещё этого не хватало] подводкой для глаз прямо в салфетку, не стесняясь в выражениях. — Zhuāngbī, ты чё совсем охуел, да?, — интересуется Руи, смотря на это чудо в перьях с крайним возмущением. Просто у паренька действительно странноватая стрижка с топорчущимися волосьями, — удобно? Я тебе не мешаю, не?, — Чэнь немного нервно дышит, помогая себе откинуть одну из выбившихся прядей в парике.

[indent]— Ну и хули ты окорока с яйцами своими разложил на мне? Чё шайбы свои вылупил, а? Да бля-я-я, ты чё глухой? Немой? Или просто долбоёб?, — Руи трясёт своими коленями, играя с этим пареньком в игру «по кочкам-по кочкам», проговаривая мысленно в своей голове детский стишок. В момент, когда должен быть тот самый «ух» или «бух», танцор легонько разводит колени, чтобы задница парня провалилась в небольшое свободное пространство. И тем не менее, как бы не выпендривался Чэнь, как бы не сердился, он всё равно, сжимает ногами по бокам скользнувшие вниз бёдра молодого человека, не позволяя ему упасть.

[indent]Руи на миг думает, что сей бегун возможно не говорит ни по-корейски, ни, судя по всему, по-тайваньски, и вообще может говорить на другом языке, например, на японском. Почему-то этот язык первым ему приходит в голову. Да и к тому тайваньский с китайским перекликаются, а раз пацанёнок его не понял, то выходит, что не китаёза. Чэнь японский только по дорамам и сериальчикам всяким смотрел, но, вдруг поможет?

[indent]— Отеарай ва доко дэс ка?, — интересуется Руи, вспоминая, что означает эта фраза. То ли про туалет, то ли «ты кто бля». — В душе не ебу, что это, но вдруг, — бормочет себе под нос танцор, смотря на этого тваробыша на своих коленках и понимая, что со стороны они, наверное, сейчас смотрятся как две ящерицы с мема про «с саньком (не геи)».

[indent]Как только этот юный птенчик-падаван раскрывает свой маленький клювик, Руи наконец-то понимает, что ранее был прав, используя японские фразочки. Мальчишка перед ним явно иностранец, причём с тем самым токийским вайбом. Или ещё с подобным, схожим вайбом из какого-то города сего островного государства. Чэнь слушает, что изрекает сей паренёк и начинает ощущать внутри странную тёплую симпатию где-то на уровне грудной клетки. Он так мило извиняется, теряется и мнётся, что хочется его обнять покрепче, прижать и не отпускать. Но сей малыш, словно услышав мысли танцора, поднимается с его колен. Он ведёт себя как встрепенувшийся, колючий ёжик, что случайно споткнулся, забылся и перевернулся кверху своим мягким животиком, скрыв острые колючки, но опешив, быстро смог вернуться в прежнее, привычное положение.

[indent]Зато у Руи теперь появляется возможность оглядеть парня снизу вверх, чем, он, собственно, и занимается, не подумав даже об оттенке своих румян, которые теперь разбавились естественным алым смущением.

[indent]Танцор, вальяжно располагается на стуле, словно для него сейчас разыгрывается целое представление, абсолютно позабыв, что его одежда секунды назад была подпорчена. Вместо этого, Руи возвращает свою ногу на прежнее место — другую ногу. И, мало того, что скрещивает её, так ещё и заплетает за вторую в верёвочку. Благо, у Чэня ноги длинные, мало кому вообще такой приём под силу. Танцор изучает сего Питера Пэна, порхая по нему своими длинными приклеенными, купленными недавно за бешенные деньги, ресницами.

[indent]Мальчонка зачем-то начинает тыкать в свой бюст, но Чэнь слов не сильно разбирает, не понимает, что это значит. Руи просто смотрит на него и млеет от всех этих манипуляций. Ему кажется, что он ему так симпатию выражает свою! Кто знает, может, сей Бэби Йода из какого-то японского племени и у них там на родине чувства выражают?! Чэнь отчего-то необъяснимо тает. Ему не хватает только кулачки в щёчки упереть и поплыть основательно.

[indent]Ай, какой милашка!

[indent]Даже, когда просто стоит и смотрит сверху вниз, всё ещё пытаясь что-то лопотать на ломанном корейском. Наверняка, не живёт здесь, заблудился и вообще турист?! Но даже если и так, сей турист выглядит очень даже привлекательно и О Ч А Р О В А Т Е Л Ь Н О !!! Руи неожиданно для себя задумчиво закусывает нижнюю губу, а его палец вдруг уже внезапно накручивает искусственный локон парика. Приятный, модный мальчик. И, возможно, даже школьник…

[indent]Ой!

[indent]А вот об этом Чэнь не подумал! Паренёк, конечно, возник как сюрприз, но кто знает, возможно, он киндер-сюрприз и вообще малолетка! И это уже, извините, но огромная статья. Если бы Руи остался жить на своей родине, его бы за подобное не наказывали, но здесь, приходится придерживаться свода правил! Спасибо ещё, что это Южная Корея, а не Северная.

[indent]Руи аж бросает в холодный, отрезвляющий пот от недавних, симпатизирующих мыслей к сему парню, он порывисто качает головой, прогоняя наваждение и предательский румянец. Может, ему кстати, вообще показалось, и чувство теплоты возникло внутри от вылитого на него кофе, а не от этого мальчика?! Да, возможно, так и есть!

[indent]Чэнь лихорадочно быстро вскакивает со своего места, позабыв о том, что его ноги чуть ли не в морской узел заплелись, так что едва не грохается при парне позорно навзничь. Но, каким-то образом, ухитряется устоять на ногах и только спустя мгновение понимает каким. Теперь мальчишка его ловит, причем за руку, удерживая равновесие Руи.

[indent]Стоп. А может вообще этот школьник не просто школьник, но ещё и школьник-пикапер???! И всё это специально разыграно было?!

[indent]— Так, тамагочи, ты это самое, что мне тут показываешь или предлагаешь вообще, а?!, — громко гаркает танцор, но ладонь пока что из чужих пальцев не высвобождает, — Да чтоб ты знал, я вообще не такой! Хм!, — манерно стукает каблучком и смотрит проницательно в его глаза, изучает взбудораженную своим поведением реакцию. Сейчас разница в росте между ними криминально большая, учитывая, что Чэнь на каблуках. Так что он, горделиво вскинув кончик носа, победно одаривает его своим богемным взоров. Но, если бы они оба были в обычных кедах, то Руи с ним явно бы стали наравне и возможно решительность танцора была бы не такая. Но, раз уж такова воля случая и стечение обстоятельств, то пока можно и попользоваться сей удачной ситуацией.

[indent]— М-да уж, растишка… ты её в детстве явно мало ел. Хотя, может, у вас на острове её и вовсе нет!, — усмехается Чэнь, разбавляя их беседу очередным острым прозвищем, которое, возможно, паренёк станет после гуглить. Если запомнит.

[indent]Руи начинает слышать за их спинами перешёптывания и вспоминает причину их столкновения, как и тот факт, что они здесь вообще-то не одни, а более того, находятся в общественном месте. Видимо, Чэнь себя слишком эксцентрично громко ведёт. Что поделать он такой. Шумный. Эпатажный. Настоящий ураган.

[indent]Танцор опускает взгляд на свой топик и пятно, которое до этого было не такое огромное, теперь расползлось в целое озеро. Его срочно нужно застирать в том самом туалете. А для этого необходимо скрыться подальше от любопытных глаз. И у Руи созревает план.

[indent]— Так, наггетс, раз уж ты так хочешь что-то там со мной сделать, то …, — замирает на секунду танцор, начав хихикать от тут же возникшей идейки, — … есть у меня одна мысль, — продолжает Чэнь и хитровато хмыкает. Не дав парню время на раздумья, захватив свою сумку, но бросив висеть джинсовку на стуле, Руи уже порывисто вышагивает в сторону уборной на своих шпильках, не забывая взять с собой мальчишку. А то оставлять его здесь в гордом одиночестве опасно, ещё детская опека заберёт!

[indent]Танцор уверенно открывает свободную дверь в единственный общий туалет,  затаскивая вместе с собой виновника его испорченной вещицы и запирая за ними дверь на замок. Здесь он наконец-то отпускает ладонь японца. Руи без лишних слов и отступлений, иначе сам сейчас развернётся и убежит, сгорая от стыда за свои идеи, снимает с себя топик, представ перед пареньком топлес. И, кстати, ни капли не стесняясь — он мильён раз раздевался перед публикой, к тому же в одном номере — это вообще часть шоу. Но судя по тому, как на него уставился сей мальчик, он не в шоке, он в оцепенении. Чэнь хочет пошло пошутить, но Руи всё еще не уверен, что можно по возрасту. Нет, то, что они сейчас вдвоём заперты в туалете — вполне себе нормально, ведь оба ничего такого провокационного не делают, правда же? Ну, почти.

[indent]— Знаешь, хоть твой лик и прекрасен, как нефрит, а нравом ты наверняка благороден как журавль, у тебя всё равно лицо грешника. Лицо того, кто совершит госизмену, — Чэнь не унимается и наступательно делает выпад в сторону мальчонки, заставляя того отпрянуть к стенке. Он видит панику. И эта паника общая. Потому что танцор от себя и своих мыслей тоже в панике. И Руи пугается. Пугается своих откровений, которые сорвались с его губ. Вряд ли паренёк понял их смысл, но тем не менее. Для танцора всё, что он только что сказал — пугающе откровенно.

[indent]Чэнь возвращается к задуманному, вновь делает точно такой же шаг назад и вытягивает руку, вместе с топиком, держа его двумя пальцами, на коих красуется хламурный маник. Руи старается сохранить последние крупицы самообладания.

[indent]— Ну что, полуфабрикат?! Стирать умеешь?, — на лице танцора появляется дерзкая улыбка. Улыбка-вызов. Он пытается разрядить обстановку, а то мало ли, что подумал там этот мальчишка! Что так просто заполучит Чэня своими соблазнительными движениями рук по собственному телу??? Нет уж! Да, этот японец красиво в себя тыкал, но… нет! Руи не из таких, кто сразу на милых парней накидывается. Сначала он устраивает им проверку на прочность — кто выдержит характер сего танцора?

[indent]— А что? Скажи спасибо, что я тебя в реке Ханган этим заниматься не заставил! А мог бы! Жаль, это запрещено законом, — невозмутимо продолжает Чэнь, проверяя парня. Интересно, через сколько секунд этот мальчишка выбежит из туалета?! Потому что пока что он находится в ахере.

[indent]— Или не понимаешь, что я от тебя хочу?, — об этом тайванец как-то не подумал. — Ладно, троечник. Сейчас покажу тебе, как надо, — вздыхает Чэнь, поворачиваясь спиной к мальчугану, давая тем самым ему возможность форы — развернуться и бежать. Руи выворачивает свой топик, включает воду [из крана льётся только ледяная], выдавливает жидкое мыло [кажется, с запахом дыни] и шуршит тканью, начиная стирку. Чэнь невольно напевает себе под нос мотивчик из предстоящего выступления. Если вообще после произошедшего будет в состоянии выйти на сцену и если отойдет пятно. Это между прочим его счастливый топик!