[indent]Чан не хотел впускать Хва в свою квартиру, но тот решил брать его обитель штурмом. Разве с ним поспоришь? Исключено! Когда тот в гневе, то превращается в ту самую разъяренную Эл Вудс из фильма «Блондинка в законе». Решительный и наглый. И, вот сейчас, этот вовсе даже не его товарищ [они вообще даже не знакомые и не общаются], а просто раздражающая, убирающаяся в его хоромах, Барби, зажимая демонстративно свой нос, носится по комнатам, выкидывает пустые бутылки соджу, коробки из-под пиццы, смятые пачки сигарет и ещё к тому же свой рот умудряется открывать/закрывать, звуки издавать, вещая о каком-то его близком друге Эдди.

[indent]Что за имя такое? Э-д-д-и. Не корейское даже совсем.

[indent]Бан слушает в полуха и демонстративно зевает, показывая свою «заинтересованность». Он находит непочатую пачку сигарет за диванными подушками и пока домработница по фамилии Пак снуёт из одного угла в другой, медленно закуривает. Прямо в помещении. Даже на балкон не выходит. Расслабился в конец, к ебеням. Всегда такой педантичный, аккуратный, Чан запустил не только свою хату, но ещё и себя — о чём соответствуют зияющие пятна соуса «барбекю» на его майке от вчерашнего пикантного бургера. Этому есть объяснение. Хирург сейчас переживал не самые лучшие времена, а именно — так и неосуществимый развод, который в итоге стал уже неактуален из-за случайного убийства бывшего мужа Бомгю [собственно, Чаном]. Так что теперь Бан вроде как карательный вдовец. Кажется, это так называется. Прямо фактически Отелло. Только без асфиксии. Хирург не испытывал горя, как и мучительных стенаний своей совести. Ему просто хотелось, чтобы все его оставили в покое. Он чудом избежал наказания за своё убийство, умелые адвокаты и юристы, различные хитрые связи и лазейки, которые были любезно предоставлены парнем Хва, Хонджуном, быстро всё уладили. За что Бан им всем, конечно, очень благодарен. Но, на этом всё, Чан предпочёл бы и дальше, чтобы его перестали трогать и разрешили гнить в своей квартире, превращаясь каждый день в огромную, немытую картошку с грядки. Не тут-то было. Его окружение отправило тяжёлую артиллерию во главе с Сонхва. А это хуже пареной редьки. Миссия корнеплод изначально была проиграна. Чан никогда бы не подумал, что ему придется «расплачиваться за любезно предоставленную помощь»! Выходит, чтобы отдать долг, нужно всего лишь познакомиться с этим Эдди?! Бан смотрит на Пака сомнительно. Обычно, когда так говорят, это означает одно — что-то с этим Эдди не так. Уж шибко сильно его рекламируют.

[indent]Чан хочет было начать препираться, но Хва замечает сигарету, отвешивает парочку чапаллахов хирургу, в очередной раз ругается и за шкирку отправляет того мыться в душ. Удивительно на что способна эта длинная, щуплая Барби. Но его пинок под зад в ванную помогает. После прохладной, отрезвляющей воды, Бан даже чувствует себя посвежевшим и готов отблагодарить. А его кстати покормят? Было бы неплохо, Чан не помнит, когда в последний раз ел. Квартира за это время сияет чистотой, а Пака Сонхва и след простыл, едой даже и не пахнет. Только на столе на кухне стоит собственный раскрытый ноутбук и прилеплен стикер с адресом одного кафетерия, где работает тот самый Эдди. Ниже, на той же бумажке, выведена фраза, написанная каллиграфическим почерком — «сломай его». Бан хмыкает и хочет было пошутить — кого именно? Да только не с кем. Чан вроде бы припоминает, как Хва упоминал, что этот Эдди умеет чинить компьютеры. Тот ему неоднократно повторял одно и тоже: сломай свой ноутбук и отнеси его к Эдди. Вот вам и тема для разговора, и первая встреча, и посиделки вместе. А дальше ты пригласишь его на свидание, романтика, секс, любовь и все такое. Хирург со скучающим видом кидает ноутбук на пол и ударяет по нему ногой, отчего корпус мнётся и отлетает вместе с некоторыми кнопками на клавиатуре.

[indent]— Well, такое этот Эдди точно не починит, — хмыкает Бан, поднимая ноут и кое-как складывая его вместе. Хирург смотрит на свой гаджет, затем на закрытую дверь своей квартиры, и вздыхает. Половина дела сделана. Осталось дойти до Эдди и… а что и? Что ему сказать? Прости, мой ноутбук слегка… сломан, не мог бы ты его починить? Да, наверное, это и следует сказать. Но что, если он спросит: Почему я должен тебе помогать?

[indent]На телефон Чана приходит смс-ка, которая оказывается от Хва. Тот вновь напоминает ему адрес кафе, где работает близкий друг Пака. Хирург знает, что Сонхва не отвяжется, проще сделать, чем проигнорировать его. Бан коротко кивает. Придётся идти, иначе тот позорно приволочет за волосы. Чан достаёт из загашника своё секретное оружие — банку жидкого золота «Балтика девятка» [купил в одном русском магазинчике на углу], надевает кожанку, засовывает под мышку раздолбанный ноут и выходит из дома в направлении кафетерия.

[indent]Чан прихлёбывает шумно пивчанского, приближаясь к нужному зданию, а его сердце всё останавливается с каждой минутой. Бан делает паузу, поджимает губу и продолжает идти. Хотя, хотелось бы убежать отсюда. Но, собрав всё мужество в кулак, Чан решительно преодолевает расстояние и оказывается возле входа в кафетерий.

[indent]— Пардон, мадам. Сильву пле, Вашу мать, — Бан по-джентльменски, растягивая губы в хмельной улыбке, распахивает перед одной предшествующей ему старушкой дверь, пропуская её внутрь. Бабульку аж отбрасывает ненадолго в сторону от такого порыва галантности. Хотя, скорее больше от внешнего вида Чана — в потёртой куртке, с пивасом в одной рукой и раскуроченным компьютером в другой. Бан заходит в помещение за пожилой дамой, делая для храбрости ещё один глоток и выдыхая после через рот.

[indent]Атмосфера вокруг очень эстетичная, выдержанная и не броская. Свободное место оказывается прямо за стойкой, почти рядом с местными бариста. По всей вероятности, так можно сделать сразу заказ и получить быстрей своё блюдо с кухни или из-под стекла. Чан, делая такой вывод, плюхается на длинный барный стул, отмечая про себя, что здесь почти как в баре, только с пирожными на витрине вместо алкоголя. Но, скорее всего, он у них тоже есть в наличии. Надо же им как-то делать ромовую бабу, амаретто или айриш кофе?! Не с дешёвыми ведь сиропами это делается?! К Чану подходит один из персонала сего кафетерия, чтобы принять его заказ, а хирург меж тем успевает прочитать имена всех, кто здесь работает. Того самого Эдди среди них нет. Неужели его поход был зря? Бан даже на секунду думает, что ошибся кафе, но именно в этом заведении с точность до 99 процентов вроде как должен работать друг Хва. Очень странно, где он? Может, не его смена или тоже скрылся от него, избегая? Наверняка Пак тоже сказал ему, что Бан придёт. Чан тем временем пользуется возможностью и разглядывает табличку с именем подошедшего парня — Сынгю. Красивое, а главное благозвучное, впрочем как и сам молодой человек.

[indent]— Вы смотрите на мой ноутбук и думаете, почему он в таком состоянии?, — с любопытством спрашивает Бан, замечая, как тот слишком уж заинтересованно роняет взгляды на его сломанный ноут. — А… там была такая задница. Он упал в задницу. И потом разломалось все на куски, все полетело. Да, все из-за задницы, — встречаясь взглядом с Сынгю почему-то сбивчиво лепечет хирург, объясняя внешний вид своей ноши. Так глупо он давно себя не чувствовал. Бан барабанит пальцами по недопитой банке пива. Наверное, звучит максимально странно, но это первое, что удалось придумать Чану по пути сюда. Вряд ли здесь можно находиться со своими напитками, и того и гляди его скоро попросят выбросить недопитое жидкое золото. Бану нужно срочно разделаться с пивчанским, поэтому он тут же высасывает остатки.

[indent]Но, вообще, откровенно говоря, снова возвращаясь к задницам…

[indent]Бан пялится на парня с бейджиком «Сынгю», который только что повернулся к нему спиной, делая кому-то кофе у кофемашины и выкладывая ореховую тарталетку на блюдечко. Чан пользуется этим, невольно скользя жадным взглядом по силуэту молодого человека. Бан ловит себя на мысли, что с удовольствием бы сейчас перегнулся через столешницу и ущипнул бы этого парня за жо…

[indent]— Сынгю, а Сынгю, а что Вы мне порекомендуете заказать, Сынгю?, — привлекает его внимание Чан. Вопрос, что задал Бан — риторический. Он знает, чего хочет на самом деле. Он хочет вот эту самую задницу. И хоть парень уже вновь повернулся к Бану теперь уже своей передней стороной, хирург всё ещё не переместил свой взор, так и оставаясь там, где только была упругая, обтянутая тканью, филейная часть молодого человека. Ну если и не на уровень глаз взметнуться, то хотя бы чуть выше. Уж слишком классная пятая точка оказывается у молодого человека, что Чан на неё засмотрелся невольно и залип.

[indent]Какой к чёрту Эдди, с которым его так хотел свести Хва, когда есть вот этот сексуальный Аполлон, по имени Сынгю?!

[indent]Если честно, то Чан даже на секунду забывает зачем он, собственно, сюда пришёл. Вроде бы на какую-то встречу, кажется его сюда Сонхва отправил, потому что здесь не только полакомиться пирожным под названием «Эдди» можно, но ещё и ноутбуки чинят. Хорошо, Бан запамятовал о цели своего пребывания не на секунду, и не на две, а даже больше, потому что теперь в голове у хирурга самый настоящий антипохмелиновый микс из овощей, фруктов, бульона, дозы этанола и обезболивающего порошка. Чан сидит на высоком стуле, болтает ступнями своих натренированных ног и откровенно пялится на того самого работника кафетерия, позабыв обо всём.

[indent]Просто этот парень, на той стороне разделяющей их стойки, выглядит слишком … слишком приятным, привлекательным и при всех своих сексуальных габаритах … аристократичным? Как кот из мультика. Кот-аристократ. Берлиоз или Тулуз. Что-то такое. Но в первую очередь, молодой человек напротив Бана внешне очень миловидный. Как кукольный манекен с маркетплейсов. И да, хирург, всё это время, пристально разглядывая его, успевает обратить внимание, что он не лыком сшит при мягкой наружности своей смазливой мордашки, а прячет за тканью одежды и формой заведения, судя по всему, ажурно-крепкие мышцы. Может, он тут ещё и местным вышибалой подрабатывает? Вообще в кафе есть совмещение таких должностей?! Хотя, если бы он был таковым, то выгнал бы Чана тут же, завидев его с баночкой пивчанского. Значит, этот табличный «Сынгю» [есть сомнение, что его так в самом деле зовут] не вышибала/охранник или Бан ему понравился. От этой мысли лицо хирурга озаряется искромётной улыбкой. Правда, не надолго. Чан тут же начинает думать, что сей молодой человек может держать его в кафешке специально, накапливая эффект его чудачеств, ожидая, когда они дойдут до самой финальной точки кипения. Прямо как закипающий от своего накаливания чайник. Дабы потом одним крепким пинком вытурить Бана из заведения. Что ж, Чан готов и на такое многочасовое маринование пойти и побыть огурцом, зато молодцом! Потому что не у всех чаша терпения железная, а Чан готов держаться столько, сколько этого потребуется. Держаться и не меняться, ведь изменять своим сумасбродным принципам хирург не намерен ни за что на свете.

[indent]— А Вы что, тоже в технике разбираетесь? Или вас в кафе без подобных навыков на работу не берут?, — мало ли, вдруг это обязательное условие и здесь какие-то компьютезированные технологии, прямо как в игре какой-то, в духе киберпанка. Хирург, кстати, об этом не успел подумать, но сейчас исправляет сию оплошность. Он нехотя отводит взгляд в сторону, разглядывая других работников заведения. С виду они вряд ли похожи на гиков и тем более гениев. Одна из коллег этого «Сынгю» во второй раз уже пытается привентить рукоятку, наполненную молотым кофе, к огромной стеклянной бадье с фруктовым компотом. Хотя, может так надо?

[indent]— Если бы я приобрёл все нужные для починки запчасти, Вы бы смогли его восстановить?, — Чану и правда становится интересным, потому что он пока не до конца понимает, то ли с ним этот молодой человек так флиртовать пытается, то ли ему уже алкоголь в голову так вдарить успел, то ли это просто вежливость с потенциальным клиентом. Бан тоже из-за своей специфики работы общается с людьми, пусть и зачастую не в такой обходительной форме. — Или проще купить новый ноутбук?, — приводит ещё одну новую гипотезу хирург. Хотя, учитывая, сколько порнухи у Чана в браузере, это станет самым правильным решением, чтобы избежать позора. Потому что диапазон видео для взрослых у Бана самый разнообразный. Там даже есть секс двух гномов, которые решили таким образом Белоснежку разбудить. Или возбудить. На самом деле эта гипотеза к тому же и скрытая им же ловушка. Чан не успевает задать свой вопрос и пригласить невзначай «Сынгю» помочь ему выбрать, если что, новый компьютер, так как парень отлучается ненадолго, чтобы принять заказ у другого посетителя.

[indent]Этого времени хирургу хватает, чтобы вообще забыть о существовании Эдди и полностью сосредоточиться на «Сынгю». Да, Бан всё ещё продолжает сомневаться в его имени, просто потому, что этот может быть и псевдоним. Мало ли чем они в этом странном месте промышляют. Вон и в компьютерах разбираются, и красивые слишком. Чан не удивится, если в какие-то часы в этом кафетерии включается стриптизная музыка и работники начинают раздеваться, чтобы в оставшееся время трудиться топлес. Так в Китае было. Полуголые официанты, которые подают блюдо, держа его прямо на причинном месте. Да и этому «Сынгю» больше бы имя «Зевс» подошло бы, потому что он такой же громовержец оказался, пронзил его своим взглядом насквозь. И, вернувшись, продолжает это делать. Ещё и нависает над ним так близко, что Бан еле сдерживается, чтобы не потянутся к нему и не коснуться его своими тактильными грубыми пальцами. Если бы в Чане было больше спиртовых соединений, то он бы уже давно затащит сего работника кафетерия куда-нибудь под стойку. Но пока что сдерживается, правда его выдаёт порывистое неуёмное дыхание, коим хирург не смеет совладать, выдыхая «Сынгю» прямо в его картинно-рисованное лицо.

[indent]— А мне можно, я с врачебной точки зрения Вас разглядываю. Вы когда в последний раз свою медицинскую книжку обновляли?, — не теряется Чан, пока ему делают незначительное замечание. Бану не стыдно вовсе, что он на него пялится. И всем своим беспечным, разрозненным видом, хирург это демонстрирует в очередной раз не сводя глаз со всех выдающихся частей молодого человека. — Вас? В меню? Я, конечно, режу людей, но каннибализмом не страдаю, — посмеивается одним лишь своим похотливым взглядом Чан, продолжая одновременно слушать предложения молодого человека и рассматривать его фигуру исключительно с анатомической точки зрения, прикидывая заодно какого он рядом с ним может быть роста. — Пока что, — понизив голос, подмигивает Бан, потянувшись чуть ближе к лицу парня, сокращая между ними расстояние. Взаимное притяжение срабатывает, и Чан словно ощущает себя той самой частью магнитной детальки с полноценного кулона из двух половинок. — Otherwise, we just eat each other, if you want, — сакрально шепчет Бан переходя на английский. Хирург в миллиметре от кончика носа молодого человека клацает зубами, чтобы тут же стремительно отпрянуть подальше, как ни в чём не бывало, наблюдая за реакцией «Сынгю». Быть серьёзным у Чана в принципе никогда не получалось.

[indent]— Мне нравится это сочетание. Трюфели с виски, — Бан словно уже пробует вкус на языке, касаясь им своего нёба. Он делает свой выбор в пользу последнего предложения, даже не особо раздумывая, если честно. Есть не хочется, мешать пиво с кофе — такое себе, для водки ещё всё-таки слишком рано, да и употреблял мужчина её недавно. А для трюфелей, да ещё и с такой любопытной услугой, которая наверняка обойдётся Чану в кругленькую сумму, ощущается весьма эстетично. — Звучит, как изысканный десерт, который будет литься в губы прямо с Ваших рук, — не то, чтобы Бан был из тех, кто боится испачкаться, он ведь хирург, просто ему занятно, как его, собственно будут «кормить» и вообще каким именно образом этот процесс проходит?! Прямо на виду у всех или в каких-то отдельных тайных нумерах? Пока что всё со стороны выглядит интригующе и крайне любопытно. — Но такие крепкие напитки в одиночку пить можно только с подстраховкой, — не удерживается от лёгкой усмешки Чан, полноценно облокачиваясь на стол. — Вам придётся потом помочь мне дойти до дома. Я Вам, конечно, доверяю, но пока что не настолько, — Бан тянется к диспенсеру для зубочисток, берёт одну и помещает её между зубами в уголок рта. — Так что если Вы согласны, то давайте продемонстрируем друг другу наши удостоверения, — Чан правда имеет в виду ай-ди карточки, но почему-то не может удержаться от пошловатых мыслей и непристойного поведения, немножечко подхрюкивая себе под нос.

[indent]— Я сейчас вернусь, и мы с Вами продолжим, — всё-таки для того, чтобы есть десерт, пусть и с чьих-то рук, нужно свои собственные ладони на всякий случай после хождения по улице, троганья банки из-под жидкого золота, подготовить. Мало ли что. Да и хирургу стоит немножко освежиться после такой жаркой беседы.

[indent]Чан покидает своё место, приметив табличку с обозначением уборной, кидает взгляд на кофебоя [возможно его реальное имя и правда «Сынгю»] с чоко-бобовым шармом, но вместо того, чтобы толкнуть дверь в туалет, заглядывается на парня и попадает в помещение рядом расположенное. Темнота обстановки у Бана не вызывает никаких вопросов. Вроде бы ничего не обычного — в сортире и не такой мрак бывает, так что хирург начинает движение, выставляя вперёд свои руки и стараясь постепенно привыкнуть к темноте.

[indent]Чан буквально идёт на ощупь, не додумываясь совершенно о том, что нужно было бы, наверное, прежде всего кнопку выключателя найти на той же стене неподалёку. Адекватные люди так бы и поступили, Бан — из другой категории. Ноги хирурга внезапно натыкаются на что-то и Чан, спотыкаясь, летит в какую-то непонятную черноту, успевая зашипеть лишь звучное и смачное: — Oh, shit!, —

[indent]Какой-то странный туалет в этом кафетерии, однако.